The Unknown Lady (Незнакомка), 1906 by Alexander Blok

The Unknown Lady (Незнакомка), 1906 by Alexander Blok with a dual Russian-English translation for Russian language learning.

Dual Russian-English text

По вечерам над ресторанами
Горячий воздух дик и глух,
И правит окриками пьяными
Весенний и тлетворный дух.
At evening times above the restaurants
The sultry air’s harsh and stale.
The spirit of the spring-time pestilence
Reigns over drunken muffled wails.
Вдали над пылью переулочной,
Над скукой загородных дач,
Чуть золотится крендель булочной,
И раздается детский плач.
And further up in dusty alley ways,
Beyond the summer cottage sloth,
A baker’s shop sign glistens gaudily,
And children’s cries are heard above.
И каждый вечер, за шлагбаумами,
Заламывая котелки,
Среди канав гуляют с дамами
Испытанные остряки.
And every evening in the countryside,
Amidst potholes with bowlers tipped,
The seasoned dandies saunter gratified,
Amusing damsels with their wit.
Над озером скрипят уключины
И раздается женский визг,
А в небе, ко всему приученный
Бессмысленно кривится диск.
Lakeside the creaky oars reverberate
To flirty squeals of lady folks,
And astral discus, dull and obdurate,
Squirms in the sky above it all.
И каждый вечер друг единственный
В моем стакане отражен
И влагой терпкой и таинственной
Как я, смирен и оглушен.
And every night my faithful soul mate
Stares back from hollows of my wine,
Akin to me, subdued and desolate,
To mystic liquid he resigned.
А рядом у соседних столиков
Лакеи сонные торчат,
И пьяницы с глазами кроликов
«In vino veritas!» кричат.
Around the nearby tables mesmerized
The waiters sleepily repass,
And drunkards with the rabbit-like red eyes
Proclaim, “In vino veritas!”
И каждый вечер, в час назначенный
(Иль это только снится мне?),
Девичий стан, шелками схваченный,
В туманном движется окне.
And every night as if the time was set
(or am I dreaming in this daze?)
A silk swathed maiden’s misty silhouette
Glides through the restaurant's drunken haze.
И медленно, пройдя меж пьяными,
Всегда без спутников, одна
Дыша духами и туманами,
Она садится у окна.
And slowly moving through the drunken guests,
Without an escort, indiscreet,
Emitting perfumes and exquisite mists
She settles at the window seat.
И веют древними поверьями
Ее упругие шелка,
И шляпа с траурными перьями,
И в кольцах узкая рука.
And her snug silks exude the ancient tales,
And doleful plumes atop her hat
Cascade and twine over the wispy veil,
In rings her narrow hand’s beset.
И странной близостью закованный,
Смотрю за темную вуаль,
И вижу берег очарованный
И очарованную даль.
And overwhelmed by strange proximity
I look beyond the dusky veil,
And see the shore of charming verity,
And the charmed distance to prevail.
Глухие тайны мне поручены,
Мне чье-то солнце вручено,
И все души моей излучины
Пронзило терпкое вино.
I am entrusted with deep mysteries,
Endowed with the Sun to hold,
And acrid wine awash in sorceries
Have pierced through fissures of my soul.
И перья страуса склоненные
В моем качаются мозгу,
И очи синие бездонные
Цветут на дальнем берегу.
And ostrich feathers in cascading swells
Are swaying softly in my brain,
And deep blue eyes as deep blue sinkhole wells
Bloom in the distance on a plain.
В моей душе лежит сокровище,
И ключ поручен только мне!
Ты право, пьяное чудовище!
Я знаю: истина в вине.
Within my soul a treasure’s buried
And I’m the keeper of the key,
So right you are, grotesque inebriate,
I know, the truth resides in guilt.
linkedin facebook pinterest youtube rss twitter instagram facebook-blank rss-blank linkedin-blank pinterest youtube twitter instagram